Я улечу!
Когда в городе начинают лить дожди, я собираю вещи и уезжаю в другой, ты в этом меня больше не жди. Перед собой я открываю чемодан, карты и новые пути, неизведанные, таинственные и опасные. Поэтому тебя с собой не беру и никого никогда не зову.
"Если пропадать, то мне одному".
Я пишу тебе это в среду и надеюсь на почту придет к четвергу. Я хотела бы, чтобы ты приехал, но об этом только молчать могу. Ночью, перед сном или днем, перед обедом (я ем у тебя под окном в саду). В остальное же время я все куда-то еду или пешком иду. Я встречаю незнакомых на своем пути. Около водоемов, на улице, в сувенирных лавках, на рынке и в барах. Они рассказывают мне, в каком часу всей семьей собирали порей, ловили форель или сколько у них детей. И прекрасней историй этих людей нет ничего на свете.
И одна из них начинается в новом городе-столице, в котором я успела поселиться. У всех вокруг счастливые лица, что хочется смеяться и веселиться. А изобилие солнца заставляет по вечерам превращаться в сметанного принца.
Там и живет мой лучший друг Антуа, которому я из каждого места земного шара отправляю какую-нибудь мелочь, которую обещала. Я приезжаю ему рассказать, чем я живу, как у меня дела и истории про позавчера или про последние два с половиной года. Я заявляюсь в первый час ночи или в двенадцать часов дня. Я стою на пороге, всегда рискуя остаться без ночлега, если вдруг мой друг Антуа съехал. Хотя куда ему уезжать. Он никогда не был дальше главной площади города, до которой он ходит по центральной дороге. Он, наверное, не знает, что на одной улице играет на гитаре молодая девчонка. Поет свои песни. Существует на грани, перебирая гроши в кармане, чтобы поутру оказаться в новой солнечной столице. Он даже не знает, что я пою. Он обычно вообще не лезет дальше своего носа.
Так что все мои истории для него звучат как сказки, в которые верят только детишки, по мнению Антуа. А мне иногда кажется, что он сам в душе ребенок, которому не хватает гонок по паркету и в небо. Он все говорит: «Я улечу!». Он бы улетел, конечно, если бы ему не надо было кормить свою кошку или записаться к врачу, чтобы вылечить больные тело и душу. Он говорит, что без меня ему тошно, и что я его лечу. И когда я снова уеду, боится, что я больше его не встречу. А я отвечаю: «Ты приходи ко мне сад к обеду, чем-нибудь вкусненьким угощу»